Глава 1: Невеста

Я бежала в белом платье, размазывая слезы грязным рукавом, не разбирая дороги, петляя между полуразрушенными зданиями. Сухая трава уныло пробивалась между каменными плитами, представляющими собой остатки асфальта. Дыхание жизни давно покинуло это место, оставив за собой право никогда не возвращаться.
Пустота, я теряла себя в ней, раз разом отпуская по воспоминанию, по чувству, сливалась с серой неопределенностью недружелюбного места, не выпускающего из своих холодных объятий. В застывшем воздухе появился тот, кого я меньше всего ожидала увидеть - Соул. Другой, странный, не человек. В его глазах отражалось могущество, безграничная власть, бесконечная мудрость веков. Это его царство, мир, и он здесь полноправный, бесспорный хозяин. Страх, жалость, одиночество и боль. Сдалась, медленно растворяясь в темноте…

Сквозь молочный туман сна пробивались слепящие лучи яркого солнца, раздражая уставшие глаза. Дурной, опустошающий сон удерживал в своих тисках, не позволяя прийти в себя.
Белое подвенечное платье на спинке высокого стула - спасательный круг в качающейся реальности, опора напоминающая об одном из самых важных дней в моей жизни. Несколько часов и она в корне изменится, оставив лишь воспоминания, согревающие душу. Что меня ждет? Беззаботное счастье? Боль? Не знаю, не хочу знать. Но… горькое предчувствие не дает покоя, грызет изнутри.
Будет буря. Ждать осталось совсем недолго.
«Сон, это был сон», - битый час прокручиваю мысль как молитву, пытаясь избавиться от чувства щемящей пустоты внутри. Боже, это невозможно вынести… Отвлечься не получается, раз разом странные картинки всплывают в сознании, перекрывая доступ к кислороду.
Зачем? Почему сейчас? Я вычеркнула его давно, а он появляется в моих снах, отнимая крупицы покоя.
Это был не кошмар, тщательно продуманный сценарий из фильма ужасов, нет, что-то более мрачное, холодное, поражающее своей обреченностью.
Сон закончился, но те ощущения всё еще не покидали, я чувствовала его взгляд, холодные, нет, не холодные, а ледяные руки, прожигающие до самых костей. Бездонная пропасть, которую не возможно заполнить. Страшно.
Потянувшись за успокоительным на тумбочке, быстро отдернула нервно подрагивающую руку.
Что я делаю? Это простой сон, так называемая предсвадебная истерика. Видений давно уже нет (я научилась их блокировать), замечательные родители во мне души не чают, чудесный человек, который готов на все ради меня. Наверное…
Эндрю Кэтчер. Кажется, вечность прошла с нашей первой встречи. Он был мне лучшим другом и старшим братом одновременно. По его началом я наделала немало шалостей, ставших основательной причиной частых домашних арестов. Родители, посмеиваясь, пророчили нам совместное будущее, но время брало свое. Кэтчер уехал учиться, расширять свой кругозор, и, покоряя новые страны, полностью разорвал прежние связи. Спустя несколько лет он вернулся, оповестив округу сигналом богатенького авто и устроив шумный переполох в женской части населения. Типичный представитель северных народов: высокий, стройный голубоглазый блондин – сокровенная мечта почти каждой девушки, женщины нашего городка. Похотливые, недвусмысленные намеки не прекращались даже после помолвки. Друг изменился, не знаю, я не пыталась разобраться, он вдруг просто стал чужим, взрослым, интересным незнакомцем. Его снисходительное отношение, проскакивающее в словах и поступках, воспринималось как результат пребывания за границей, изысканный лоск притягивал взгляды. Не выбирала его, так сложилось. Люблю ли? Уверена, что смогу прожить рядом с ним целую жизнь.

Покачиваясь на нетвердых ногах, подошла к огромному окну. Солнечно, тепло, ярко… Слишком идеально, слишком приторно, как в чертовой сказке про золушку.
И только резкий прерывающийся сигнал автомобиля возле дома напротив нарушал воцарившуюся идиллию.
Соул.
Йен Соул. Выйдя из машины, он обернулся, поймав мой взгляд и быстро зашагал в сторону огромного, обвитого плющом, дома.

Безумно колотится сердце, а я пытаюсь забыть его темно-зеленые завораживающие глаза, мужественное лицо, с выраженными и красиво очерченными губами, не совсем правильными чертами лица, темные шелковые волосы, в которые так хочется зарыться лицом и вдыхать его тонкий и пьянящий аромат… Наваждение, от которого кровь все быстрее кружится по венам, собираясь внизу живота тугим узлом.
Встряхнув головой, я стараюсь отогнать безумное желание быть рядом хотя бы тенью. Не сейчас. Уже поздно.
Никогда не забуду день, когда моя жизнь раскололась на две части: до и после. Появление Соулов было громом среди ясного неба. Йен никогда не снисходил до простых смертных, в отличие от своих братьев. Холодное пренебрежение, пресыщенный жизнью взгляд и губы растянутые в кривой усмешке притягивали магнитом. Его неприступность распаляла, девушки вешались на шею, томно вздыхали, оголялись все больше и больше, пытаясь привлечь его внимание – безрезультатно.
Как я могла попасть в его сети? Нет, не хотела этого… Глупая, наивная влюбленность, доходящая до абсурда. Неосознанно тянулась к нему в странном опьяняющем наваждении.
Не говорила ему, держалась в стороне, но он видел всех насквозь, и меня в том числе. Ловила каждый взгляд, поворот, лукавую улыбку, вдох.
С его приездом участились странные видения, не дающие покоя, хуже чем ставшая привычным делом бессонница. Он превратил несколько лет моей жизни в ад – таблетки, сон, таблетки - и так каждый день… Снотворное заканчивалось слишком быстро.
Играла, напялив улыбающуюся маску, не позволяя никому заглянуть под нее.
Эндрю, мой милый Эндрю разорвал замкнутый круг, подарил надежду. Глоток свежего воздуха, и начала снова жить, улыбаться по-настоящему. Только где-то к груди сердце продолжало болезненно сжиматься. Терпела, зная что скоро боль притупится.

- Джейн, сколько можно валяться в постели, сейчас парикмахер придёт! - снизу донесся возбужденный голос матери.
- Я уже встала, сейчас спущусь. Ма, я же просила…
- Ну, уж нет, единственная дочь выходит замуж, всё должно быть идеально, - разговор окончен. Один – ноль в ее пользу. Помешенная на праздниках мать - полная противоположность отца, пытаться ее убедить в отсутствии надобности в шикарном торжестве – пустая трата времени и нервов. Бесполезно. Одно платье чего стоило - белоснежное, украшенное мелкой вышивкой и тонкими кружевами, изумительно сидело на фигуре. В нем любой гадкий утенок казался бы лебедем, в которого мне надлежало сегодня превратиться перед церемонией. Образ «серой мышки» с типично каштановыми волосами, мутными зелеными глазами, средним ростом (в общем, ничем не выдающаяся внешность), требовал кардинального изменения, хотя я понятия не имела, что с этим можно сделать без хирургического вмешательства. Такая посредственность меня вполне устраивала и не вносила в жизнь неудобств.
Еще один усталый взгляд на платье… Знать, не хочу как будет украшена церковь и банкетный зал. «Мама» - все заключено в одном слове. Она хотела устроить свадьбу своей мечты, идеальную во всех смыслах: шикарную, пышную, бесподобную, о которой будут долго вспоминать. Ее настойчивость и аргументы – тяжелая артиллерия, по сравнению с нашими отцом невинными попытками ее переубедить. Сыграли свою роль и родители Эндрю, единственный наследник должен иметь самое лучшее. Какая ирония судьбы, именно невеста была второго разряда, по их мнению, но, по правде, меня это практически не волновало.

- Спускайся!
- Иду, иду, - пробормотала я, медленно спускаясь по лестнице.
Лицо матери исказилось в маске ужаса, а с губ сорвался нервный вскрик, когда она посмотрела на меня.
- О Боже! Ты видела себя? Такое исправить невозможно! Ты, что вообще не спала?
- Я такая с рождения и сон здесь не при чем. И да, спала. «Почти».
- Не язви, звоню Мэри. Я не хочу, чтобы ты выглядела как измученный солдат перед смертной казнью, – быстро и обеспокоено говорила она, набирая номер.- Будет через тридцать минут.
- Ну, зачем? – проворчала я, зная, что все равно это бесполезно.

Два часа я терпеливо выносила пытки над моим лицом и волосами, курс спа в домашних условиях принес свои результаты. На меня из зеркала смотрела весьма миловидная особа, так и хотелось протянуть руку к стеклу и проверить не обман ли все это.

- Мэри, мам можно мне побыть одной? – отчего робко всхлипнула, нервно теребя белоснежные края пышной юбки.
- Дорогая, только недолго, - обе женщины неторопливо покинули комнату, оставив меня в гордом одиночестве.
Я слышала, как они рьяно обсуждают список гостей, восторженно отзываясь о некоторых общих знакомых.
Туман в голове. Звенящая тишина разбивается мерным тиканьем часов, отсчитывающих каждую секунду.
Тик-так. Тик-так.
Неосознанно набираю номер Эндрю, дрожащими и скользкими от пота пальцами. Странно не берет трубку. Звонок. На экране мигает знакомый номер. Эндрю.
- Солнце, всё нормально? Ты еще жива? – весело спросил он.
- Пока да, но если ты не приедешь и не заберешь меня, мать разведет огонь и будет исполнять ритуальные танцы, а потом принесет меня в жертву, - истерично хихикнула в трубку, вцепившись в нее словно в спасательный круг.
- Передай, чтобы без меня не начинала, я тоже хочу заручиться поддержкой языческих богов, - он замолчал на мгновенье, а потом серьезно добавил, - Малыш, все будет хорошо.
- Надеюсь…
- Что за упадочнические настроения? Это же не смертная казнь! Доктор сказал, что после этого не умирают! – пытался подбодрить меня, достаточно громко покрикивая в динамик на фоне нарастающего шума.
- Я держусь изо всех сил, но…
- Любимая, не пережи…
Связь сбилась, а по спине пробежала очередная армия мурашек.
Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
Пора ехать в церковь. Где же отец, человек, от которого я унаследовала большую часть своего характера? Замкнутость, застенчивость и ранимость передались вместе с кровью. Жаль, дети не всегда берут самое лучшее от своих родителей...
Вспыльчивая и нервная, неуверенная в себе девушка, никакой макияж, платье не могли скрыть и исправить этого.
Отец стоял прислонившись к дверному косяку, и ласково улыбался, в то время как я нерешительно преодолевала ряд высоких ступенек. Он единственный поддерживал идею скромной свадьбы и сейчас тоже чувствовал себя не в своей тарелке.

- Милая как ты? – спросил он озабоченно, резкими шагами направляясь к лестнице.
- Все хорошо. Только руки почему-то дрожат, - пискнула в сторону.
- Не переживай, я всегда буду рядом, – тихо произнес отец и протянул руку.
- Знаю.
- Тогда прошу в машину.

Длинный шлейф платья так и норовился запутаться между ватными ногами, но отец крепко держал меня за руку. Рваное дыхание сопровождало каждый шаг, повсюду знакомые лица: друзья, знакомые, бывшие одноклассники. Пришли даже те, кто распускал гнусные, доходящие до абсурда, сплетни. Не удивительно – свадьба года в нашем городке.
Удовлетворенный взгляд на лице жениха, стоявшего в пол-оборота, и при этом никакой радости, только ноющая боль в области сердца.

Тик-так. Тик-так. Как в замедленной съемке знакомые лица сливаются в нечеткое, размытое пятно, кроме его хмурого, озабоченного взгляда. Пришел. Зачем? Задаюсь вопросом, мысленно проклиная собственную слабость. Еще один удар встревоженного сердца, взрывающаяся от напряжения тишина. Безумное ожидание переправы на другой берег. Алтарь. Протянутая рука Эндрю, улыбающиеся глаза. Дрожащая рука в его большой, нежной ладони. Такой контраст. Его – огонь, моя – лед. Одно целое. Воздух мгновенно загустел, опустившись на гостей тяжелым, непроницаемым саваном. Началось…
Остатки здравого смысла растворились в оглушительной тишине. Очередное мучительное видение, напором ворвавшееся в сознание, заставило мысленно вскрикнуть от ужаса. Легкие горели, сердце больно ударялось о стенки грудной клетки, порываясь выскочить наружу.
Темный демон, раскинув огромные кожаные крылья, стоял передо мной, загораживая падающий из высоких окон свет. Запертая в железном капкане его когтей, рука кровоточила. Маленькой красной лентой, обвивая запястье, кровь падала на белоснежный подол, оставляя яркие пятна на пышных юбках. Резкий скрежет зубов, раздался совсем рядом, вызывая судороги во всем теле. Ни шагу назад, в сторону. Земля тянула к себе, прогибаясь под ногами.
Появился еще один, другой… не демон. От черных крыльев за его спиной веяло ужасом и болью. Животный страх был сильнее рассудка… Спрятаться, исчезнуть, растворится, только не быть рядом, не чувствовать его дыхание.
- Она не твоя, – грозно прорычал он, разрывая тишину хриплым голосом.
- И что ты сделаешь, - насмехался другой, – девушка сделала свой выбор. Наша.
- Не позволю.
- Мне все равно, – хрипло рассмеялся демон, - ты опоздал, Смертник.

Они делили меня как игрушку, меня - живого человека с душой и сердцем. Марионетка, безвольная кукла в руках странных кукловодов. Никогда слышите? Никогда! Я кричала, раздирая горло рыданиями…
Белая пелена, застилавшая глаза, спала, туман рассеялся. Я узнала их, я знала их… Я сумасшедшая…

Дорога змеей вилась впереди, летела, бессмысленно нажимая на газ в безумном угаре. Слезы бесконечным потоком катились по щекам, оставляя грязные разводы под глазами. Стемнело, а в окне несущейся вперед машины продолжали мелькать темные силуэты корявых деревьев. Забыться. Вырезать глупое сердце из груди и выбросить. Почему оно продолжает стучать, если внутри пусто?
Какие-то раздражающие звуки, постоянно доносятся с сидения напротив, вызывая отчаянное желание завопить. Телефон. Совершенно не думая, я потянулась за ним, забыв, что за рулем…
Темнота настигла мгновенно, широко распахнув свои объятия. Нужно встать и уйти, но меня держали, чей-то голос упорно заставлял вернуться, подчиняя своей власти.
Веки болезненно сжимались, а сквозь пелену прорывались знакомые голоса, постепенно вытягивая из состояния анабиоза.

- Не вмешивайся, это ее судьба…
- … я должен.
- Поздно.
- Я сказал - отойди. Мы не можем ждать еще несколько веков, - практически рычал знакомый, бархатный голос.
- Нет доказательств, что это она, - недовольно возразил один.
- Не заставляй меня повторять, - грозно рявкнул, разорвав воцарившуюся тишину.
- Двери открылись.
- Она будет жить, Крис, - ядовитое шипение обожгло слух.

Нежное прикосновение чужих губ, рук возвращало меня к жизни, наполняя неистощимым запасом силы и энергии. Холод. Жар. Обнаженная кожа горела, пронизанная миллионами электрических разрядов. Запах… Его? Нет, не верю…
И снова беспамятство…
Затуманенный мозг работал с перебоями, не позволяя сосредоточится на происходящем, обрывки долетавших фраз – бессмысленный набор странных звуков, не похожих на человеческий разговор. Сухой, надтреснутый кашель вырывался из груди и не давал возможности заговорить, время медленно двигалось вперед, а я глупо боялась открыть глаза.
Тихий шум двигателя. Заднее сидение. Чужая машина на бешеной скорости, несущаяся в никуда. Страх слишком быстро распространялся вместе с кровью, омывая каждую клетку возбужденного организма. Все перестало иметь значение, когда я узнала человека за рулем.
- Йен? – осипший голос неуверенно шепнул в сумрак. Водитель быстро обернулся, смерив меня ледяным взглядом. Невольно поежилась, почувствовав исходящий от него холод.
- Очнулась.
- Да, - зачем-то ответила на его слова.
- Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит? – таким же безжизненным голосом осведомился он.
Лицемерное участие в моей, скатившейся под откос, жизни взбесило.
- Какое тебе дело, даже если бы я и разбилась! Ты мне никто! – злость вырывалась резко и надрывно, лавой выплескиваясь на невозмутимого собеседника.
Стоп. Мне все кажется. Йен не может быть здесь, я разбилась на машине… Длинной вереницей недавние события замелькали перед глазами. Громко застонала, закрыв лицо руками. Сумасшествие. Бред. Тогда, что это все?
- Успокойся, Джейн. Ты не врезалась в дерево. Заглох мотор, и ты съехала на дорогу. Я, проезжая мимо, остановился и предложил подбросить свою бывшую одноклассницу до города. Ты согласилась, - он насмехался, медленно отчеканивая каждое слово.
- Ну да, как же. Это ты хочешь, чтобы я так думала.
Соул в удивлении приподнял одну бровь, но прочитав выражение моего лица, выдавил из себя звук очень похожий на сдавленный смешок.
- Я настоящий. Можешь потрогать, чтобы убедиться.
- Не собираюсь я тебя трогать, - возмущенно возразила, хотя крамольная мысль это сделать уже закралась в голову и устроила там переполох. Рука неосознанно потянулась к его лицу, и пальцы вспыхнули от прикосновения к его нежной, прохладной коже. Соул, не отрывая темно-зеленых глаз, следил за каждым движением. Он не отодвинулся, даже не дернулся от моего обжигающего касания. Так близко… Отвернулся, оставив меня наедине со своими ощущениями.
Неловко заерзала на сидении, отдернув нервно подрагивающие пальцы, скрывая собственное смущение. Я не должна этого чувствовать, не сейчас, когда…
Пышная юбка неудобно сбилась на бедрах, сковывая движения. Осмотрелась - никаких ссадин и царапин, даже синяков не было. Совершенно цела и невредима, словно не было аварии.

- Но я же умерла, меня кто-то вытащил с того света, ангел наверное, - слабая попытка отвлечься и восстановить перемешавшиеся события.
- Чушь, - слишком резко возразил парень, уставившись на дорогу. Бархатный голос звучал очень грубо. – Ангелов и демонов не существует.
- Неправда!
- Не собираюсь тебя убеждать, - зло прошипел. - Что ты помнишь?
- Практически ничего. Почему? Я даже не помню, как села в твою машину.
- Ты была очень расстроена, скорее всего сознание отключилось. В стрессовых ситуациях такое случается.
Наверное, Йен прав, но интуиция вопила об опасности.

- Как ты оказался так далеко от города? – робко спросила после получаса удушающего безмолвия, всматриваясь в темноту за окном.
- По делам в другом городе, отец просил, - коротко ответил, продолжая сильно сжимать руль.
Он замолчал, а мои мысли вернулись к свадьбе и не состоявшемуся венчанию. Никакой боли, просто странное спокойствие, словно так и должно быть. Воспоминания становились отчетливее, только часть картинок было сокрыта, словно кто-то настойчиво не позволял поднять занавес.

- Йен, в чьей машине я ехала? – еще один глупый вопрос.
- Уильяма, твоего отца, – очаровательно улыбнувшись, он посмотрел на меня. - Чего смешного?
- Не обижайся, вспомнилось выражение твоего лица, когда ты думала, что разбилась. - Не терпится умереть? – уже серьезно спросил парень, одарив мрачным взглядом. Его настроение менялось слишком стремительно, реагировать не успевала.
- Мне очень интересно, что будет потом. Я уверена, что все не может так кончится. Пусть это и не ад и не рай, нечто особенное, другое.
Я вспоминала внезапную темноту и тот странный сон накануне несостоявшейся свадьбы.
- Почему ты так уверена в этом? – он обернулся и в его глазах отразился странный блеск, холодной и притягивающий.
- Просто знаю, вроде того, что без воздуха человек не может жить, – медленно говорила, тщательно подбирая слова.
Он ничего не ответил, только сильнее надавил на газ, нарушив тишину гудением мощного двигателя.

- Уже дома?
- Еще совсем немного.
- Останови здесь пожалуйста, дойду пешком, – умоляюще дотронулась до плеча немногословного водителя. Мне было необходимо собраться с мыслями, подумать обо всем, что произошло. Сосредоточиться в его присутствии не удавалось.
Его запах - свежий с оттенком грейпфрута душил, заставляя хотеть быть еще ближе… Невыносимо.
Не обращая внимания на просьбу, продолжал виртуозно объезжать ямы на разбитой дороге.
- Йен, пожалуйста, - голос срывался в назревавшей истерике, слезы помимо воли наворачивались на глаза.
- Сиди спокойно, - зло процедил в ответ, вглядываясь в темноту ночи.
- Издеваешься надо мной? – я отчаянно пыталась открыть дверь автомобиля.
- Не кипятись. У меня все автоматическое. Я не открою дверь.
- Нет, ты сделаешь это, мне надо пройтись, подышать свежим воздухом, - голос поднялся на несколько тонов выше и стал похожим на крик.
- Я лучше открою окно, – как ни в чем не бывало, продолжал он.
- Ну, пожалуйста. Давай сделаем так: я буду идти впереди пешком, а ты поедешь сзади, если так волнуешься, – умоляла, понимая, что сейчас расплачусь.
- Ладно. На это я могу согласиться, – недовольно вздохнув, нажал какую-то кнопку на панели управления.
Дверь поддалась, и я вырвалась из плена его глаз, голоса, запаха, нарастающего желания.

Свежий ночной ветер, обдувая уставшее лицо, вселял надежду на будущее. Призрачную? Реальную? Неважно.
Я хотела свернуть на улицу раньше, но, чувствуя как пара внимательных глаз прожигает затылок через затемненные стекла автомобиля, передумала.
В знак благодарности махнула мужчине и быстро зашагала домой. Меня мучил единственный вопрос: «что дальше?». Во всем доме горели огни, никто не спал. Дверь, как назло, громко заскрипела, и я нерешительно переступила порог.

Атмосфера... Честно сказать жутковатая. И не потому что что-то вызывает ужас, а потому что эмоции ГГ далеки от радужных. Они каким-то необъяснимым коконом окутывают и ее саму и все происходящее, которое мы видим через призму ее восприятия. Назрел вопрос, если она так не хотела идти замуж и так из-за этого нервничала, то чем она руководствовалась, когда принимала такое серьезное решение? Тем более, что ее жених вроде как совсем не плох.

Соул... Чувствуется магнетизм и запретность. Судя по всему он стал ее ахилесовой пятой в эмоциональном плане, но опять же, она всячески пытается это отрицать и бороться сама с собой.
Насколько я поняла она таки сбежала со свадьбы и попала в аварию, из которой ее вытащил этот самый Соул.

Создалось ощущение начала фильма ужасов. Когда вроде бы еще ничего такого не произошло, но ты уже знаешь, что впереди будет что-то страшное. Эмоции, это, Сашуль, твой конек и я уже не раз об этом говорила. Эмоционально. Очень. По натянутой струне. Я заинтригована этой историей...

Пы.Сы. Breaking Benjamin отлично вписался в атмосферу.

Ну, я уже на финишной прямой, практически, так что скоро, надеюсь, закончу (а то меня просто из дома выгонят)

еще как! Один сплошной оголенный нерв.

Зачем же прятаться за нелюбимым человеком от скажем так того к которому испытываешь нечто намного сильнее? Или она считает, что им ничего не светит?

Ты автор и ты создаешь атмосферу, которую хочешь, чтобы ощутил читатель. И это у тебя отлично получается.

Даже не сомневаюсь. Вдохновения тебе, дорогая!

Герои, какими я примерно их себе представляю... то, что удалось найти наиболее подходящее. Не совсем похоже, но более менее...

Потом вопросы зародились, и по поводу ее "предчувствий", и по поводу "ты уверен, что это она", и вообще вопросов тьма, но я буду ждать проду, что бы узнать на них ответы.
Согласна, роман мрачноватый, такой готический роман, но!!! ты сделала пометки о жанре, и роман этому соответствует, поэтому здесь все как надо!!!!
Саша, спасибо тебе!!!

_________________
Клубы:

_________________
Награды:

Лёлечка, Машунь еще раз спааасибо что решились читать это! Ценю безумно!
Ваши отзывы для меня сегодня - бальзам на душу, уж очень день нехороший у меня был...

- Джейн… Где ты была? Что случилось? Почему? – голос матери гулким эхом раздавался в пустой голове. Вопросы. Бессмысленные вопросы один за другим сыпались, атакуя искалеченное сознание, в то время как тело отогревалось в теплых объятиях отца. Уйти, не видеть обеспокоенных лиц, не слышать причитаний, не знать.
Тяжелый взгляд отца в ее сторону заставил маму замолчать. Воцарилась благословенная тишина, нарушаемая размеренным сердцебиением.

- Я пойду, - слабый кивок в их сторону и нерешительный шаг в сторону лестницы.
- Отдыхай солнышко, - шепнул отец вслед.

Лестница стала практически непреодолимым препятствием, каждая ступенька - маленькая пытка. Медленно поднявшись в свою комнату, избавилась от тисков платья, кричащего о событиях этого дня.
Темно-бардовые капли, украшавшие подол, вызывающе уставились на меня, бросая вызов вменяемости.
Кровь?
Да.
Откуда? На мне ни царапины, только огромные синяки под красными воспаленными от слез глазами.

Неизвестность пугала, неопределенность толкала на безумные поступки.
Тонкое лезвие холодно блестело на тонкой полке. Руки совершенно не дрожали, только четкая установка сделать и освободиться от обязательств, прав, осуждения, дурацких видений, так внезапно врывающихся в жизнь. Начать с начала, не здесь.
Я уверенно провела лезвием по запястью, но вены оставались невредимыми, всего лишь легкий след на бледноватой коже. Невидимое препятствие не позволяло лезвию проникнуть дальше.

Телефон…Снова и снова… Его пронзительное пищание резало слух.
«Взять, необходимо взять», - будто кто-то посторонний вдалбливал в мой мозг эту мысль раз за разом усиливая давление.

- …да
- Что ты делаешь?! Даже не думай! – кричал гневно голос, ударяя по каждому слову.
Отрезвляющий холодок пробежал по коже, и я в ужасе отбросила лезвие в сторону. Я же не могла сделать такое? Я же не эгоистичная самоубийца? Правда?
- Ох, - выдохнула, тяжело облокотившись об раковину, приходила в себя.
- Джейн?
Только сейчас поняла, чей это голос. Его голос звучал иначе, насыщеннее, словно он был совсем рядом, дышал моим воздухом.
- Все в порядке, просто устала, - выдавливала из себя придушенные звуки, не скрывая напряжения вызванное звонком Соула.
- Ложь, - опасное шипение по ту сторону трубки выдавало настроение собеседника.
- Правда, Йен. Правда, – врала, и голос дрожал, то ли от признательности, то ли от чего-то еще, сама не знала.
- Сейчас буду.
- Нет, нет. Все будет хорошо обещаю, я позвоню. Потом… - оправдывалась, мысленно перебирая всевозможные причины, по которым он мог позвонить, именно, когда я… Мы же никто друг другу. Боже, совершенно запуталась…
Палец скользнул по кнопке «отбой», и слезы вырвались на свободу. Слишком долго пыталась их сдерживать, отказываясь быть слабой и уязвимой. Слишком долго играла с судьбой в прятки, пренебрегая правилами.

Туман в голове начинал рассеиваться, а мозг проецировал живые трехмерные фотографии со «свадьбы»: изумленное и разгневанное лицо Эндрю, когда я высвободила руку и, прошептав непослушными губами «прости», побежала из церкви, срывая на ходу длинную белую вуаль.
Его угрожающий крик мне в спину:
- Все равно не спрячешься от меня, - колоколом гудело в голове…

Видение, сон, реальность, завтра, – клубок ядовитых змей. За какой конец не потянешь - вытащишь шипящую гадюку, которая попытается тебя ужалить.
Забыться… Откупоренная бутылка в руке. Глоток. Еще один. Противная мутноватая жидкость, обжигая горло, попадает желудок, пьянею, наслаждаясь блаженным беспамятством. Ощущение легкости и всемогущества. Хриплый истеричный смех разрывает полуночную тишину.

Проснулась от собственного крика, мелкие бисеринки пота выступили на лбу. Сильно штормило от количества поглощенного за ночь алкоголя, дикая жажда сжигала изнутри и тошнота быстро подступала к горлу.
Мой медовый месяц начался… Только ледяной душ помог мне вновь стать человеком, или хотя бы жалким подобием на homo sapiens, учитывая то, что я нарочно не хотела ни о чем думать.
На кухне кто-то слишком активно возился у плиты, приглушенные постукивания, звон разбитой посуды. Мама… Наспех закутавшись в халат, ринулась спасать несчастную кухню от разворачивающихся в ней боевых действий.

- Мам? – пробежавшись глазами по встроенное мебели и бытовым приборам, с виду все в целости и сохранности, облегченно выдохнула.
- Наконец-то ты проснулась! Солнышко, мы с отцом так волновались за тебя. Ты проспала целые сутки, - обеспокоенно прощебетала мама, заключив в объятия. – Как себя чувствуешь? – отодвинувшись она внимательно осмотрела с головы до ног и оценила мое состояние.
- Как сутки? Не может быть… - голос стал совсем тихим.
- Чай? Кофе?
- Кофе.
- Не беспокойся, после стресса продолжительный сон - естественно, – уверенно произнесла, протягивая большую чашку с ароматным черным кофе и подвигая свежие домашние вафли.
Я ничего не понимала. Кто подменил мою мать? Где миллион вопросов, эмоциональное давление?
- Мам, с тобой все в порядке?
- С чего вдруг такой вопрос? – спросила она, метнув в мою сторону изумленный взгляд.
- Просто. Я ждала твоих вопросов, расспросов.
- Ах, это. Вчера заходил Йен и все объяснил. Милый парень и такой голос, если бы…
- Хватит! – злость неконтролируемо вырвалась наружу.
Мать тяжело вздохнула и отвернулась, а стыд и чувство вины мгновенно сдавили грудную клетку.
- Прости, мамочка, даже порадоваться тебе не дала, прости, - тихо шептала в ее густые темные волосы, прижимаясь к спине.
- И ты меня. Я хотела видеть тебя счастливой, думала, что Эндрю твой единственный, как Уилл для меня.
- Знаю. Он приходил?
- Да, несколько раз, но отец выпроводил его.
- А родители?
- Сразу уехали из города, даже не зашли попрощаться, зазнавшиеся снобы. Тебе обязательно нужно объясниться с ним.
- Не сейчас, мамуль. Не сейчас, - больше говорила для себя. Нужно все обдумать, нужно собраться.
- Как знаешь.

Разговор осторожно перетек в совсем другое русло, обе избегали болезненной темы, обсуждая самые обычные вещи: ее работу и новые заказы, папиных приятелей, соседских детей, незначительные, но приятные мелочи жизни.

Устав слоняться по дому без дела и постоянно отгонять атакующие мысли, заставила себя сделать генеральную уборку собственной комнаты. В коробку без сожаления полетело множество безделушек, блокнотов, статуэток, фотоальбомов, несколько томов фэнтези, одно время бывших моей слабостью.
Осталось только поднять все на чердак, куда время от времени попадали старые и уже ненужные вещи. Чего здесь только не было: рождественские игрушки, старые книги, украшения, детские вещи, пропитанные запахом воспоминаний и грусти.
Мое внимание привлек старинный стол с инкрустацией из красного дерева, где лежал альбом и несколько блокнотов. Присев на ступеньку я открыла альбом: старые пожелтевшие от старости фотографии, портреты с именами моих предков, родственников были на каждой странице, только под одной ничего не было. Девушка в белом платье, по-видимому, свадебном, грустно стояла облокотившись об тот стол. Рядом лежал раскрытый блокнот, где была точно такая же фотография, но только подписанная.
«Джейн Стюарт».
Неосознанно вздрогнула, прочитав написанное размашистым почерком собственное имя. Поразительное сходство озадачивало, если только это не родственница со стороны отца. Разобрать что-то еще при тусклом свете, исходящим только из одного оконца было невозможно. Спустившись в комнату, я захватила блокнот.
Он оказался дневником Джейн Стюарт «старшей». Девушка описывала свою жизнь, много личного. Как он оказался на таком видном месте - не поддавалось логическому объяснению.
Некоторые записи заводили в тупик, от ужаса мурашки забегали по спине, задрожали колени. Джейн упоминала ангелов и демонов, которых видела во сне или когда касалась людей. Она никому не говорила, пока на венчании не увидела, что вместо жениха стоит «демон». Девушка писала о том, что выбежала из церкви в ужасе.
Натянутые до предела нервы не выдерживали нарастающего напряжения. В мозгу словно что-то резко замкнуло, а легкие стали сокращаться в ускоренном темпе.
Светившее за окном солнце, сменили налитые свинцом тучи, разрываемые вспышками ярких молний. Ветер угрожающе завывал за окном, с каждым порывом заставляя кровь застывать в венах. Рой сумасшедших мыслей закрутился в голове, путая и сбивая, смешивая реальность. Неужели история повторяется? Родовое проклятие?
Читала дальше, вцепившись в кожаный переплет до боли в пальцах.
Девушка пыталась рассказать своим родителям, никто не поверил. Ее обвиняли в том, что она опозорила свою семью, сочли сумасшедшей. По совету врача заперли в доме и насильно лечили. Спустя какое-то время ее навестил жених, требуя вразумительных объяснений ее странному поступку. Здесь записи в дневнике оборвались, словно его владелица исчезла или перестала понимать происходящее под действием лекарств.
Пролистав дневник несколько раз в поиске подсказок, наткнулась на короткую сделанную наспех запись «пришли»… Сердце болезненно ёкнуло, и я захлопнула дневник, злясь на собственное любопытство и воображение.
Нет никакой связи. Она другой человек, мои родители никогда так не поступят. Эндрю - не демон. Все хорошо. Я не схожу с ума или…